Год прошел, как сон пустой

193

Текст: Дмитрий Чубашенко

Позитивного смысла в предстоящих президентских выборах нет. Можно было бы считать их смыслом отстранение Додона от власти, но это негативный смысл. Санду в качестве победителя Додона тоже не несет в себе позитива. Не важно, кого изберут президентом 1 ноября. Нужны досрочные выборы нового парламента, который утвердит новое правительство.

Ровно год назад, 8 июня 2019 года, депутаты парламента от ПСРМ и ACUM подписали «Временное политическое соглашение о деолигархизации и возвращении государства Республика Молдова в русло конституционности». Было создано парламентское большинство из 35 депутатов Партии социалистов президента Игоря Додона и 26 депутатов блока ACUM (14 депутатов от партии PAS Майи Санду и 12 депутатов от платформы DA Андрея Нэстасе). Депутатская группировка, подконтрольная олигарху Владимиру Плахотнюку, оказалась в меньшинстве (30 депутатов от Демократической партии, семь от Партии Шора и трое независимых).

Краткий курс «революции послов»

Те события окрестили «революцией послов», потому что на тот момент удивительным и беспрецедентным образом в одной точке в Кишиневе сошлись интересы Российской Федерации, Соединенных Штатов и Европейского Союза, заключавшиеся в том, чтобы избавить Молдову от опостылевшего всем Плахотнюка. Как всякая революция, и эта быстро обросла собственными мифами. Один из таких мифов, который сочинил и постоянно повторяет Додон, заключается в том, что именно он сыграл решающую роль в свержении режима Плахотнюка, и при этом он очень сильно лично рисковал, даже самой своей жизнью. Этот фейк легко опровергается очевидными фактами, которые тем не менее приходится напоминать, потому что упорству, с которым Додон пытается фальсифицировать события всего лишь годичной давности, могли бы позавидовать авторы самых злостных фальшивок про революции прошлых веков.

3 июня 2019 года в Кишинев одновременно приехали вице-премьер России Дмитрий Козак, еврокомиссар Йоханнис Хан и шеф Восточно-европейского бюро Госдепа США Брэдли Фреден. Такое совпадение не было случайным. Козак публично, на пресс-конференции с Додоном, прямым текстом объявил, что Россия хотела бы видеть в Кишиневе коалицию ПСРМ-ACUM, целью которой должны стать деолигархизация и подготовка условий для проведения честных, демократических выборов нового парламента. В ответ на это заявление Додон недовольно скривился и свернул пресс-конференцию.

Хотя после парламентских выборов 24 февраля 2019 года Додон постоянно повторял, что ПСРМ пойдет на коалицию только с ACUM, сегодня мы знаем со слов самого Додона, что он регулярно направлял президенту России Владимиру Путину «записки», убеждая его поддержать коалицию ПСРМ-ДПМ, которая имела бы практически конституционное большинство, и могла бы стабильно работать до 2023 года. Мы также видели видеокадры, на которых Додон еще 7 июня обсуждает с Плахотнюком условия создания такого большинства. После той встречи Додон отправился на заседание Республиканского совета ПСРМ. Как раз в это же время в прессе появляются «сливы» со ссылкой на представителей правительства России, в которых говорится, что если Додон пойдет на коалицию с Плахотнюком или даже на досрочные выборы, он полностью утратит доверие Москвы. Выйдя с партсобрания к прессе, Додон объявляет, что коалицию с ACUM создать не получается, и поэтому социалисты решились на компромиссный вариант — досрочные парламентские выборы. Эти выборы должны были снова пройти в условиях захваченного Плахотнюком государства, при сохранении его режима, по его правилам — принятой вместе с социалистами «смешанной системе», — под его контролем и с устраивающими его результатами. Решение Додона и ПСРМ вполне устраивало Плахотнюка, поскольку власть все равно оставалась в его руках. Но продолжение «брачных танцев» олигарха с президентом уже не устраивало внешних партнеров Молдовы, которые и переиграли всю ситуацию в ночь на 8 июня. Ночные переговоры и подписание соглашения о создании коалиции ПСРМ-ACUM, и последовавшее затем заседание парламента проходили при активном посредничестве дипломатов РФ, США и ЕС. Своим присутствием они фактически обеспечивали безопасность того заседания парламента и легитимность принимаемых им решений. Свет в зале заседаний был выключен, дурная мысль штурмовать парламент полицейским спецназом вполне могла родиться в воспаленном мозгу тех, кто тогда еще руководил Молдовой, и присутствие иностранных дипломатов как раз было призвано выбить из их голов подобную дурь.

С 7 по 15 июня в Молдове царило двоевластие. 7, 8 и 9 июня Конституционный суд принимает решения, которыми признает недееспособным парламент, отстраняет от должности Додона и признает исполняющим обязанности президента главу правительства Павла Филипа, признает неконституционными все решения парламента, в том числе об избрании Зинаиды Гречаной спикером и о назначении Майи Санду премьер-министром, распускает парламент и назначает выборы нового законодательного органа на 6 сентября. Полиция и «цуцики» берут под охрану здание правительства. 9 июня ДПМ организует митинг, кульминацией которого стало забрасывание индюков во двор администрации президента. 15 июня, после посещения офиса ДПМ послом США Дереком Хоганом, Плахотнюк в спешке покидает Молдову, а ДПМ объявляет о переходе в оппозицию. В тот же день КС отменяет все свои решения недельной давности и признает новую власть.

Додон до последнего противился коалиции ПСРМ с ACUM. Когда «внешние партнеры» буквально сломали участников этого альянса через колено, и события вышли из-под контроля Додона, у него просто началась истерика. С перепугу он даже запустил очередной фейк про то, как по заказу Плахотнюка его хотят убить какие-то дагестанцы из Одессы. После 15 июня, когда американский посол сказал Плахотнюку пару волшебных слов, услышав которые олигарх пустился в бегство, Додон решил оседлать волну перемен и начал рассказывать сказки про то, как он «победил» Плахотнюка. По его версии, и киселевское «отравленное яблоко», и «записки» Путину, и заявления Козака, и переговоры в офисе Плахотнюка, и «сливы» в прессу про утрату Додоном доверия Москвы, и решение ПСРМ идти на досрочные выборы — все это была хитрая шахматная комбинация, целью которой было усыпить бдительность Плахотнюка и нанести ему решающий удар «ферзем» — послом США. Как в комедии «На Дерибасовской хорошая погода…» герой Харатьяна ловил сексуальных маньяков «на живца», переодеваясь в женщин легкого поведения, так и Додон ловил «на живца» политического «маньяка» Плахотнюка. В роли «живца» выступал целый президент Молдовы, а «подсекало» добычу и тянуло сети все международное сообщество. Ладно бы, Додон, с его гипертрофированным самомнением, сочинял свои сказки для самого себя, но он же еще и хочет, чтобы и другие верили в его фантазии. Удивительное сочетание патологической способности к вытеснению с нарциссизмом.

Мезальянс с Санду

То, что Додон лояльно относился к ДПМ и не желал коалиции с Санду, подтвердили все последующие события.

7-15 июня в Молдове была предпринята попытка государственного переворота. Имена путчистов известны. Филип, сегодняшний главный союзник Додона, был «назначен» и.о. президента, стоял на трибуне рядом с Плахотнюком, кричал «Jos Dodon!» и участвовал в закидывании офиса Додона индюками. Экс-глава МВД Александр Жиздан, чьи подчиненные все предыдущие годы гнобили оппозицию, до последнего защищали режим Плахотнюка, охраняли захваченные путчистами госучреждения, сегодня член Совета безопасности при президенте Додоне. Депутаты, министры, руководители правоохранительных органов, участвовавшие в июньском мятеже, сегодня или в коалиции с Додоном в парламенте, или работают на него в структурах исполнительной власти, или продолжают уже при Додоне бизнес-схемы времен Плахотнюка. Вместо того, чтобы наказать инициаторов и участников путча, как это и полагается по закону в любом уважающем себя государстве, Додон взял их всех к себе на службу.

С Санду отношения у Додона так и не сложились. Спустя пять месяцев после создания коалиции ПСРМ-ACUM, 12 ноября, правительство Санду было отправлено в отставку голосами депутатов ПСРМ-ДПМ, и этими же голосами 14 ноября было утверждено новое правительство во главе с Ионом Кику.

Декларация о признании Республики Молдова захваченным государством, принятая парламентом 8 июня, так и осталась пустой декларацией. Никаких конкретных действий по освобождению институтов государства от влияния людей Плахотнюка не последовало, наоборот, произошла реставрация «демократической» власти. В правительстве представители ДПМ контролируют министерства иностранных дел и европейской интеграции, обороны, экономики, образования, культуры и инновацией, бюро по реинтеграции. Филип публично заявляет, почему они потребовали именно эти ведомства — чтобы обеспечить европейский курс Молдовы, сотрудничество Национальной армии с НАТО, румынскую идентичность, контроль над экономикой и (не)решение приднестровской проблемы. Сам премьер-министр, гражданин Румынии Кику заявляет, что его главная цель — объединение с Европейским Союзом. Кроме раздачи министерских портфелей, Додон пытается задобрить демократов, назначая их людей на «хлебные» должности в разных государственных агентствах и службах, и отдавая под их контроль прибыльные бизнес-схемы.

Додона и социалистов не интересуют реальные изменения в системе государственного управления. Они практически полностью отказались от программных принципов ПСРМ и ее предвыборных обещаний. Их интересует только власть, и ради ее сохранения они готовы и дальше сотрудничать с ДПМ.

Стояногло vs. Плахотнюк

Полюбовные договоренности ПСРМ с ДПМ испортил генеральный прокурор Александр Стояногло. Еще один фейк Додона — побасенки о том, что именно он обеспечил назначение в Молдове независимого генпрокурора. В действительности, Стояногло сам выиграл конкурс на занятие этой должности, а роль президента свелась просто к тому, чтобы подписать указ о назначении того кандидата, который был предложен Высшим советом прокуроров. Президент обязан подписать, если не с первого, то со второго раза, соответствующий указ. Додон выступил в роли обычного нотариуса, который заверяет какой-то акт, или документ, или сделку, не более того. Если вы продаете кому-то квартиру и заверяете сделку у нотариуса, а тот вдруг начнет говорить, что это он продал-купил квартиру, вы покрутите пальцем у виска. А Додон не стесняется повторять, что появление в Молдове независимого генпрокурора — это его заслуга просто потому, что он подписал указ о назначении Стояногло. Скорее, это недоработка Додона. Он хотел бы иметь ручного генпрокурора, точно так же, как он имеет ручных руководителей МВД, СИБ, НЦБК, ВСМ, но не получилось. С генпрокурором Додону не повезло, зато очень повезло гражданам Молдовы. Пожалуй, на сегодня именно Стояногло является единственным гарантом наведения законности и порядка в стране. У него есть семилетний мандат и четкий план, что и как делать, чтобы вернуть прокуратуре ее конституционную роль учреждения, содействующего осуществлению правосудия, защите прав, свобод и законных интересов личности, общества и государства. Этот план нового руководства Генеральной прокуратуры только начал реализовываться, но уже спровоцировал ускоренное перерождение парламента в «депутатский бордель» и полную компрометацию законодательного органа власти.

Генеральная прокуратура возбудила против Плахотнюка уголовные дела по статьям об организованной преступной группе, отмывании денег и мошенничестве. Суд выдал ордер на арест Плахотнюка, его объявили в международный розыск. Одновременно прокуроры ведут дело к тому, чтобы признать незаконным уголовное дело, возбужденное против Вячеслава Платона. Если предположить, что Платона выпустят на свободу, это станет настоящим кошмаром для Плахотнюка. Даже если последний и находится под протекцией спецслужб США и Румынии, и даже является их агентом, ФБР, ЦРУ, SRI и SIE будет все сложнее покрывать такую одиозную личность с репутацией международного гангстера. С одной стороны, учить молдаван правильным демократии и правосудию, а с другой — защищать Плахотнюка, до бесконечности не получится. В какой-то момент придется или крестик снять, или трусы надеть, иначе официальное заявление госсекретаря США Майка Помпео о том, что Плахотнюк — коррупционер, против которого США вводят санкции, окажется пустозвонством и обманом, но ведь глава Госдепа не пустозвон и не обманщик, не правда ли?

В таких условиях начала сыпаться фракция ДПМ. За месяц она потеряла 11 из 28 депутатов, и этот процесс остановился только благодаря карантину, на который парламент отправили из-за коронавируса. Девять перебежчиков создали фракцию Pro Moldova во главе с Андрианом Канду, еще двое ушли во фракцию Шора. Сегодня под контролем Плахотнюка, если взять и независимых/неприсоединившихся, 22 депутата. Додон жалуется, что вся эта деятельность Плахотнюка направлена против него, но подобные амбиции опять же говорят о мания преследования и мании величия Додона. Просто Плахотнюк спасает свою шкуру, как и Додон — свою.

Депутатское «свингерство» в парламентском «борделе»

Когда Додон отправлял в отставку правительство Санду и назначал кабинет министров Кику, он воспользовался голосами депутатов-демократов, которые потом начали покидать фракцию ДПМ. Андриан Канду, Владимир Чеботарь, Сергей Сырбу, Виолета Иванова, Владимир Витюк и прочие депутаты, которые в ноябре голосовали за отставку Санду и за назначение Кику, а потом ушли из фракции ДПМ, — все эти депутаты какими были в ноябре, такими и остались в мае. Одни и те же лица в ноябре Додону нравились, а в мае уже не нравятся. Он говорит, что сейчас они действуют в интересах Плахотнюка. Но они и в ноябре действовали в интересах Плахотнюка. Тогда интерес Плахотнюка состоял в том, чтобы утвердить правительство Кику, сегодня, наоборот, в том, чтобы это правительство завалить. Додон тут вообще ни при чем.

Филип тоже жалуется, что в свое время Плахотнюк «нафаршировал» депутатский список ДПМ своими людьми, а теперь их выдергивает. Странная логика. Олигарх и председатель ДПМ Плахотнюк составлял список кандидатов в депутаты от своей партии так, как считал нужным. Он и Филипа с Дмитрием Дьяковым, и Евгения Никифорчука с Владимиром Андронаки, и всех остальных в этот список включил. Это его партия, его список, его депутаты, и они все прекрасно знали, что являются частью мафиозной группировки под названием «ДПМ». Сейчас они, видите ли, прозрели, и решили выйти из мафии. Но из мафии просто так не уходят. Плахотнюк, как главарь этой группировки, действует логично и «по понятиям», стремясь вернуть в свой строй депутатов, решивших сходить «налево» с Додоном. Когда сам Додон, два с половиной года выполнявший роль младшего партнера в тандеме с Плахотнюком, а потом с помощью его депутатов свергнувший правительство Санду и назначивший правительство Кику, жалуется на то, что Плахотнюк никак не желает оставить его в покое и пытается ему отомстить, это звучит, как детский лепет. А как еще должен вести себя Плахотнюк? Отдать Додону власть, собственность и деньги, надеть на самого себя наручники и сеть в тюрьму? Додон столько лет не гнушался вести дела с бандитами, а теперь хочет, чтобы те вели себя с ним, как благородные джентльмены, или, на их жаргоне — последние лохи? Но это же просто наивно.

Итог совершенно закономерен: повестку в парламенте определяют люди Плахотнюка. Додон сдает свои позиции и своих людей, точно так же, как он давно сдал свои идеологические и программные принципы, лишь бы удержаться у власти. Этот парламент превратился в полное позорище. Сами депутаты признаются, что их продают-покупают оптом и в розницу, как лиц с пониженной социальной ответственностью. Прайс-лист на сделки по депутатам обсуждается ими самими по телевидению. Такой политический «дом терпимости», где смена «сутенеров» и депутатское «свингерство» стали нормой, нельзя реформировать. Его можно только уничтожить через выборы другого парламента, который — еще не факт, но может быть — будет чище этого.

Ради своих интересов и желания переизбраться на второй срок Додон готов потакать всему этому непотребству и дальше. Он упустил шанс зачистить молдавскую политику от наследия Плахотнюка, когда вместе с Санду отказался провести досрочные парламентские выборы уже прошлой осенью, как это советовал Козак. Второй раз он мог, и должен был, распустить парламент после отставки правительства Санду. Вместо этого он выбрал коалицию с людьми Плахотнюка, сохранив тем самым парламент, созданный по правилам беглого олигарха. Не удивительно, что представители Плахотнюка и сегодня задают тон в парламенте. Фракции ПСРМ, PAS, DA выступают в роли пассивных наблюдателей и статистов, которые способны только препираться друг с другом, и не имеют ни стратегии, ни тактики, ни желания выбираться из этого болота. У самого Додона вообще не осталось никаких союзников, за исключением дюжины гнилых попутчиков из остатков фракции ДПМ, которые тоже не задумываясь «кинут» его при первой же возможности, если им так будет выгодно.

На фоне разложения парламента случился кризис, связанный с эпидемией коронавируса, который стал еще одним подтверждением полного пренебрежения властей по отношению к обществу, отказа вести диалог с людьми и неспособности хоть как-то реально им помочь. И Додон, и Кику выдают свои действия в условиях санитарно-медицинского и социально-экономического кризиса за образец правильных решений и действий по их реализации. На самом деле, они просто плывут по течению. То, что они делали эти три месяца — самый минимальный минимум, не сделать даже этого было бы вообще преступлением. Это была имитация бурной деятельности. Какой-то реальной помощи ни люди, ни бизнес, ни система здравоохранения не получили. И власти, и оппозиция только пиарились на эпидемии, делали противоречивые заявления, вводили людей в заблуждение. Додон не сумел скоординировать свои действия даже с Кику, президент и премьер делали взаимоисключающие заявления и еще больше вводили людей в заблуждение. В итоге, когда европейские страны более или менее эффективно справились с вызовом и выходят из карантина и кризиса, Молдова вышла в европейские лидеры по масштабам заболеваемости и неспособности справиться с проблемой.

Два сапога пара

В этих условиях в Молдове объявлены президентские выборы. Их фаворитами считаются Додон и Санду — непримиримые политические противники, которые не успокоятся, пока кто-то кого-то не уничтожит. Эти выборы не выведут Молдову из тупика, в который ее завел политический класс, сам по себе тоже тупиковый.

Год назад Додону и Санду досталось наследие Плахотнюка. Перед ними стояла очень простая задача: уничтожить это наследство. Вместо этого они стали его делить. Само собой, Додон в этой дележке оказался хитрее Санду и быстро ее переиграл. Но неправильно винить сейчас за это его одного. Санду виновата в не меньшей мере, потому что согласилась во всем этом участвовать. За пять месяцев своего пребывания во главе правительства Санду не предложила ни одного радикального проекта, направленного на ликвидацию наследства Плахотнюка. Стремление назначить своего генпрокурора — это тоже действие в логике Плахотнюка, потому что только в антиконституционном режиме олигарха эта должность играет такую гипертрофированную неформальную роль. По-настоящему, системно разрушить сам режим Плахотнюка Санду даже не попыталась.

Додон так и не смог стать нормальным президентом для всех граждан. Молдова — парламентская республика, в которой президент должен исполнять представительские, церемониальные функции. Вместо того, чтобы действовать в рамках определенных ему Конституцией полномочий, стоять над схваткой, выступать в роли морального авторитета, судьи, регулирующего политический процесс, Додон пытается присваивать не принадлежащие президенту компетенции. Он сам с головой погряз в политической борьбе, мелких интригах, конъюнктурщине и оппортунизме, пиаре и манипуляциях, выступая в неподобающем для главы государства амплуа играющего тренера одной из команд. Вместо того, чтобы обеспечивать мир, согласие, стабильность, Додон только подливает масло в огонь непрекращающейся политической войны. Додон больше, чем кто-либо другой, виновен в том, что политический процесс в государстве, главой которого он пока остается, загнан в тупик, в том, что конституционный хаос только нарастает, и конца-края всему этому не видно.

Санду точно так же думает, что она может стать «сильным президентом», который что-то изменит просто своей волей, несмотря на все конституционные ограничения. При этом Санду представляет другую крайность, и в этом смысле они с Додоном экстремисты. У Санду весьма своеобразные взгляды на политику, которые не позволят и ей стать нормальным президентом для всех граждан Молдовы. Она тоже будет президентом меньшинства.

Уважение Санду к закону вызывает большие сомнения. В качестве премьер-министра она лично приходила на заседания Высшего совета магистратуры и Координационного совета по телевидению и радио и требовала от их членов подать в отставку, потому что они ей не нравятся. Премьер-министр не имеет права вмешиваться в деятельность этих учреждений, но Санду это делала. Она продвигала закон, который позволял бы лично ей назначать генпрокурора. Ее подход ничем не отличается от подхода Плахотнюка или Додона: генпрокурор должен быть наш, а если он не наш, значит, он априори плохой.

О том, что Санду также не способна мыслить, как государственный человек, свидетельствует и ее отношение к выборам президента. Как можно было до сих хотя бы не попытаться разобраться с крайне сомнительным решением Конституционного суда от 4 марта 2016 года о «восстановлении» прямых выборов президента? 15 июня 2019 года КС создал прецедент отмены собственных решений. Кто мешал Санду хотя бы задаться вопросом, а вправе ли были четыре судьи КС изменить Конституцию? Вместо этого мы видим тот же самый, что и у Додона, примитивный подход: нам выгодно участвовать в таких президентских выборах, значит, мы согласимся с любым решением КС.

Блок ACUM набрал в свое правительство людей из неправительственного сектора, которые полностью отгородились от общества. Это было одно из самых закрытых, непрозрачных правительств в истории Молдовы. Они отвечали перед своими зарубежными спонсорами, но не перед гражданами собственной страны. Разговоры об их компетентности — тоже фейк, который они сами придумали и распространяли. В их отношении к обществу чувствовалось высокомерие и презрение. Их интересует только власть, они никому не доверяют, способны только диктовать и командовать, как и Плахотнюк с Додоном. В этом плане они ничем друг от друга не отличаются.

9 мая Санду совершила серьезную ошибку, не поздравив народ Молдовы с Днем Победы. Она принципиально поздравила людей только с Днем Европы, а с Днем Победы поздравлять отказалась. Возникает вопрос: если 9 мая — это День Победы над нацизмом, а Санду с этим днем людей не поздравляет, она за нацизм? Если активисты и сторонники ее партии не хотят праздновать победу над нацизмом, то какие они вообще европейцы? Если вспомнить и странную фразу Санду о том, что «Антонеску делал и хорошие вещи», то остается только «поздравить» тех чиновников в ЕС, у которых в Молдове такие партнеры-евроинтеграторы.

Если Санду делает ставку на открытых и латентных унионистов и русофобов, то чьим президентом она вообще собирается быть? Санду убеждена в том, что люди должны за нее голосовать только потому, что, как она сама постоянно повторяет, она и члены ее команды — «честные и неподкупные». Приехали: оказывается, обычные честность и неподкупность политика в Молдове — это уже не его обязанность, а достижение, которого самого по себе достаточно для того, чтобы такого политика поддержать.

И Додон, и Санду — политики войны и раскола, которые не способны принести Молдове мир, стабильность и устойчивое развитие. Им наплевать даже на собственных сторонников, которые для них не более, чем полезный «сегмент электората».

Братья Гримм, Пушкин и выборы по-молдавски

У братьев Гримм есть сказка «О рыбаке и его жене», которая вдохновила Пушкина написать свою «Сказку о рыбаке и рыбке». Сюжет у них одинаковый. Немецкий рыбак (русский старик) поймал камбалу-заколдованного принца (золотую рыбку), те заговорили человеческим языком, и рыбаки отпустили добычу в море. Жена немца (русская старуха) наорали на своих бескорыстных мужей и заставили просить у чудо-рыб все новые и новые объекты недвижимости, титулы и привилегии. До поры до времени рыбы все это давали, но когда немецкая жена захотела стать самим Богом, а русская старуха владычицей морскою, их лишили всего нажитого путем вымогательства и оставили со старой избой и разбитым корытом. К чему все это? К тому, что и Додон (Санду) относятся к России (Европе) как к золотой рыбке (камбале), которая осчастливит молдаван, стоит им только проголосовать за Додона (Санду). Додон собирается даже на Параде Победы в Москве 24 июня еще раз попросить у руководства России кредит в 200 миллионов евро. Санду денно и нощно требует выполнить все условия ЕС, чтобы получить от него грант в 30 миллионов евро. Серьезными делами заняты что один, что другая.

В условиях, когда ситуация в Молдове все больше и больше деградирует, эти два основных кандидата собираются снова идти в президенты с такой вот примитивной геополитикой. Парламент нерепрезентативный и недееспосоный. Правительство не справляется с кризисом. Плахотнюк никуда не уходил, но снова возвращается. Крайности продолжают разрывать на части и без того расколотое общество. Конституционность выборов под вопросом. А Додон с Санду, вместо того, чтобы подумать и предложить, как всем миром решать эти проблемы, каждый манит электорат своей золотой рыбкой.

При том, что никакого позитивного смысла в предстоящих президентских выборах нет, очевидно, что оставлять и дальше Додона в кресле президента тоже нельзя, потому что он оказался ущербным главой государства. Толку от такого президента как не было в первую каденцию, так не будет и во вторую. Можно было бы считать смыслом этих выборов отстранение Додона от власти, но это исключительно негативный смысл.

Но и Санду в качестве вероятного победителя Додона не несет в себе ни малейшего позитивного смысла. Она демонстрирует такой же клановый подход, то же самое пренебрежение к нормам правового государства, провоцирует продолжение старых политических и геополитических войн.

Выборы президента, которые крайне сомнительны с точки зрения их конституционности, вообще не могут дать ничего хорошего. Что так плохо, что этак. Голосовать просто за то, чтобы не дать Додону еще раз занять кресло президента, или за то, чтобы оно не досталось «не-Додону» с противоположного фланга — глупо, нелепо, примитивно.

Не важно, кого изберут президентом 1 ноября. Нужны досрочные выборы нового парламента, который утвердит новое правительство. Нынешние парламент и правительство — это отрыжка режима Плахотнюка. Никакого толка от них не было, и не будет. Они не подлежат апгрейду. Их можно отформатировать и перезагрузить только на досрочных и честных выборах.

Источник: ciubasenco.md

Комментарии закрыты.